|
В восьмом классе Юра увлекался балетом и выступал на корпусной сцене партнером балерины Тахтамышевой преподавательницы танцев в Мариинском Донском Институте. Неоднократно регент корпусного церковного хора полк. Пограничный предлагал Юре петь в хоре, но он почему-то всегда отказывался. Любовь к пению появилась позже, когда в Белграде в 30-х годах он побывал на гастролях Вертинского, который произвел на него сильное впечатление.
Окончил Юра корпус в 1928 году вице-ун.-офицером, исполняя обязанности вице-фельдфебеля и после окончания поступил на архитектурное отделение Технического Факультета белградского университета, одновременно подрабатывая выступлениями в балете и работая натурщиком в школе ваяния. Из-за экономических соображений университет пришлось вскоре бросить и перейти на геодезические курсы, которые Юра закончил в 1931 году. По окончании курсов до 1941 года он работал в "Катастре", проводя семь месяцев в году в провинции, измеряя землю, на зиму же возвращался в Белград. Во время войны вынужден был оставить государственную службу и устроился петь в русском ресторане "Казбек" хорошо известном всем белградцам.
Первым браком Юра был женат на Елене Крониу. От этого брака остался сын Владимир. В 1941 году после развода Юра женился на харьковской институтке Вере Марасановой. По окончании войны работал картографом, а в 1951 году выехал с женой в Триест и оттуда в Бразилию в Рио-де-Жанейро, где работал в аэрофотограметрической фирме, вначале как картограф, а затем как инструктор картографии, вплоть до выхода на пенсию. После смерти жены Юра в 1974 году женился на Елене Георгиевне Ковач (ур. Герсдорф) и в следующем году переехал в Америку.
Таракановы купили дом на озере, где Юра и провел свои последние семь лет жизни тихо и счастливо, увлекаясь пением и путешествиями. В одну из таких поездок во Флориде Юра заболел, попал в больницу, нашли на легком тумор. Пришлось вернуться домой и подвергнуться операции - диагноз был рак. После операции лечение химеотерапией. Его богатырское здоровье начало побеждать. Он опять прибавил в весе, начал делать гимнастику, начал играть на гитаре, петь, мечтал поехать на кадетский съезд в Лос Ангелос. Все казалось шло на поправку. Жена взяла свободный семестр, чтобы поехать с Юрой куда-нибудь на юг, на острова, в Мексику. Юра никогда не мог привыкнуть к Мичиганскому холоду. Но Бог решил иначе, в середине февраля рак вернулся и развивался с молниеносной быстротой и через две недели Юры не стало. Умер Юра первого марта, в пять часов утра на руках своей жены, без единой жалобы, стона, хотя последнюю неделю очень страдал.
Похоронили его в городе Флинте на православном кладбище. В Детройте и в окрестностях все любили Юру, не только русская колония, но очень многие американцы, коллеги его жены, которые в большом количестве пришли на его похороны.
Юра был необыкновенно скромный, простой и приветливый человек, никогда не отказывался помочь людям чем мог. Больше всего он радовал людей своим пением. Пел он безвозмездно для разных русских организаций в Детройте. Пел с группой песни и пляски Окландского университета, где преподает его жена, ездил с этой группой по разным городам Америки и побывал с ними в Польше. Студенты его очень любили за приветливость и за готовность всегда помочь в пеньи. Последний свой концерт 19 марта 1982 г. они посвятили Юрию Тараканову и рассказали публике, какой он был замечательный человек и как они с ним дружили несмотря на разницу лет.
Больше всего Юра радовал своих друзей своими песнями в дружеской обстановке. Юра напел несколько касет, одну со старыми русскими военными песнями. Эти песни передавались по радио "Свобода" из Мюнхена в Советский союз. Его касеты разными путями дошли до России и вот года два назад он получил известие, что в Переделкине, где живет много писателей, его военные песни имели необыкновенный успех и даже можно услышать напевающих на улице: "Эй, прохожий, дай дорогу, Крымский корпус наш идет!"
Для Юры было очень важно, чтобы сохранились старые русские военные песни для будущих поколений. Ушел от нас хороший, скромный, необыкновенно добрый человек, любивший жизнь и людей. Любил Юра и свою кадетскую семью, которую радовал песнями на двух съездах, Накануне смерти сказал жене:
"Не надо цветов, когда я умру, пусть все, кто хочет послать цветы - пошлет эти деньги Кадетскому объединению".
Переживая горечь утраты, кадеты шлют слова сочувствия дорогой Елене Георгиевне.
Мир праху твоему, дорогой друг.
НЕСКОЛЬКО ПРОСТЫХ СЛОВ О БОЛЬШОМ ДРУГЕ
 "Ты знаешь, в "Казбеке" выступает Юра Тараканов", - так встретила меня одна подруга, когда я в тяжелое время войны была вынуждена переехать из провинции в Белград.
Юра Тараканов... И сразу память бросила меня на много лет назад в детство, в институт, и живо замелькали в воспоминаниях далекие дни.
Воскресенье. День "приема", когда девочек навещают родители и родственники. В верхнем коридоре раздается голос дежурной по "приему": "Наташа Тараканова на прием!" Мы все знаем: пришел брат. И вниз по лестнице, через две сту-пеньки (а кое-кто съезжает прямо по перилам) спешат девочки, чтобы посмотреть издали на стройного интересного кадета, Наташиного брата, Юру. Он, вероятно, и не знал тогда, сколько глаз любовалось им. Кто стал бы обращать внимание на малышей? А в то время четыре класса разделяли нас на два разных мира. Но мы все знали Юру. Мы с замиранием сердца смотрели на всех парадах гимнастические упражнения кадет. Снимки "пирамиды" с Юрой и Володей Фишером наверху хранились у многих девочек и не одна тайком думала о Юре.
И вот теперь в оккупированном Белграде Юра выступает в ресторане "Казбек". Что он делает? Поет под гитару. Я не знала об этом его таланте. И мы в один из вечеров отправляемся компанией в "Казбек". У Юры оказалась своя особая манера петь и даже такие старые романсы, как "Караван", в его исполнении звучали по новому. Публика сходила с ума. Видно было, что он популярен и любим. Скромно и приветливо реагировал Юра на долгие аплодисменты.
Война и все ее последствия изменили жизнь всех нас. Разные далекие страны неожиданно стали нашим домом. Юра попал в Бразилию. В 1975 г., после смерти жены (Веры Марасановой), он переехал в США и женился на быв. Донской институтке, Лене Герсдорф. Мы снова встретились. Все тот же подтянутый и стройный Юра и если бы не седина в волосах, показалось бы, что корпус почти что за плечами, так молодо он выглядел. И та же чудесная простота и скромность в обращении со всеми, то же спокойное дружелюбие, какое-то поистине братское тепло. За годы расширился Юрин репертуар и какие прекрасные романсы и песни появились в нем. На некоторые стихи Юра сам писал музыку. Как мы все накинулись на него на кадетском съезде в Венецуэле в 1978 г. Сколько "заказов" слышалось все время. И Юра пел, стараясь ис-полнить каждую просьбу, только изредка спрашивая: "Я вам еще не надоел?" Сколько было скромности у этого человека.
В июне 1981 г. Таракановы должны были заехать к нам, по пути из Флориды, но пришла открытка, что у Юры температура и они едут прямо домой. И это было началом тяжелой болезни. Несколько месяцев страшных мучений, которые Юра переносил кротко и мужественно и 1-го марта 1982 г. Юра скончался.
Передо мной снимок Юры в гробу. Нет, я не хочу смотреть на это. Я поставлю напетую Юрой касету, буду слушать его пение и смотреть на карточку, где он снят с гитарой. Буду вспоминать его с теплым и радостным чувством потому, что был он в числе дорогих друзей. В то же время в этих воспоминаниях будет глубокая душевная боль, т. к. нет его больше с нами, живого, веселого, и только светлая память о нем осталась в наших сердцах.
Нонна Белавина.
Памяти Ю. Тараканова.
Все уже круг. И замкнутей, суровей
Становится земная жизнь моя.
И вот теперь с потерей этой новой
Уже не знаю жив иль нежив я.
Мы времени не чувствуем, не знаем,
Пока не подойдет последний час,
Пока не приоткроется пред нами
Бездонье, поглощающее нас.
И вот тогда, в смертельном исступленьи
Один лишь вопль несется из груди:
О Господи! Услышь мое моленье,
Повремени, помилуй , подожди!!!
Но все молчит. И нету нам ответа
Ни с вышины, ни из глубин веков...
И только знаем мы, что в жизни этой
Так было встарь. Так есть. Так будет вновь...
В. Строгов
|
Юрий Владимирович Тараканов, сын ген.-майора Владимира Александровича и баронессы Марии Сергеевны фон Бор, родился в гор. Хабаровске 15 июля 1909 г., где его отец командовал второй Восточно Сибирской стрелковой дивизией. Отец Юры, после участия в японской компании, остался на Дальнем Востоке на Русском Острове, где и прошло детство Юры. Когда, после начала первой мировой войны, отец Юры ушел с дивизией на западный фронт, семья переехала в Петербург, а потом на Юг и в конце гражданской войны эвакуировалась в Югославию.