FFFFF

Магнитные бури
нашего Отечества

vkkkr (13K)   

Петр Александрович Юшневский

  


В конце мая 1999 г. скончался в больнице в г. Вена, Австрия, поручик
Петр Александрович Юшневский,
закончивший Русско-сербскую гимназию в Белграде, затем Военную академию в Белграде
и вышедший в 21 артиллерийский полк в г. Белая Церковь, где он дружил с кадетами, главным образом, 18-го и 19-го вып.
(П. А. Юшневский проживал в г.Риека, Хорватия.)
Вдове Татьяне, ур. Колокольцевой, выражаем наше глубокое соболезнование.

Это объявление, помещенное мной в Мартирологе, не осталось без внимания. Письмо, потом еще одно и третье прислала Ольга Ковалев.
Вот что она пишет о себе и о своих знакомых в югославской эмиграции:
Два слова о себе: я была замужем за югославом русского происхождения, поэтому в наследство имею несклоняемую фамилию Ковалев с ударением на первом слоге. Через своего бывшего мужа я познакомилась и до сих дружу с теми русскими, о которых рассказывается на Вашем сайте.

Не могу не написать несколько строк о тех чудесных людях, фамилии которых нашла на Вашем сайте. К сожалению, они уже не могут узнать о том, что Вы вернули их имена на Родину. Всю свою жизнь они прожили "там", и прожили очень достойно, в уважении, любви и признании. Но то, что они вместе с родителями навсегда были вынуждены покинуть Россию, было их душевной травмой.

В 1988 и 89 годах наша семья жила в югославском городе Риека, и мы были хорошо знакомы с Юшневским Петром Александровичем (он рассказывал, что родился в Одессе еще до революции)и с его женой - Таней Колокольцовой (она родилась у своих родителей уже по дороге из России, в Греции). Я - обожала их. Они были такие чудные, такие милые! Умные, добрые, образованные, необыкновенно красивые! Также,всю жизнь, они были дружны с Галей - Еленой Георгиевной Ковач-Таракановой. Через них я познакомилась с сыном Гали - Джорджем Ковачем, которого по русски звали Юра. И у него были кассеты с записями военных песен в исполнении Юры Тараканова, того самого Юры Тараканова, о котором так хорошо пишут люди, которые знали его. ( (см. страницу ему посвященную) Потом, я познакомилась и с Еленой Георгиевной.
Увы, больше мне не суждено было с ними свидеться, но много лет помню и люблю их.

риека (57K) 20 лет, как я не живу в Риеке, но до сих пор дружу еще с одной русской семьей оттуда - с Димой и Ингой Васильевыми. Димин отец был родом из Хабаровска, но его я не уже застала, а застала только нону Галю, его маму - милую, добрую, очень деликатную. Она была смолянкой, но ее девичью фамилию не знаю. Невозможно было не полюбить этих людей, они стали мне родными людьми.
...Дала Диме Васильеву адрес Вашего сайта. Он тоже очень обрадовался узнав о том, что Вы собрали и выложили в интернете колоссальный материал о русской эмиграции. Сказал, что после нашего разговора сразу же откроет его. Пообещал мне отсканировать что есть из фотографий и документов. Обещал связаться со своим младшим братом Шурой, который сейчас ухаживает за вдовой Пети Юшневского - Таней. Тане сильно нездоровится.

Риека сегодня
В следующие выходные обязательно перезвоню ему и напишу Вам, что он скажет. К сожалению, Диме тоже нездоровится. Увы, у меня нет никаких фотографий, я понимала, что общаюсь с уникальными людьми и очень любила и люблю их, но почему то никогда не попросила фотографий. Сейчас очень надеюсь на Димину помощь, чтобы можно было сделать страничку и о Диминой семье, и о Пете Юшневском. У Пети с Таней детей не было, надо ждать Диму, чтобы он прислал Петину фотографию. Просто нужно время собрать информацию для того, чтобы представить Вам.
(к сожалению, не прислал).

Из последнего письма, 31.12.12
Жаль, что нельзя вернуться на 25 лет назад и  сказать Пете - не ругайтесь,  совдепия - не навсегда. Пройдет много времени, но будут помнить и Вас, и Ваших родителей, и  Ваших бабушку с дедушкой. 
Петина жена рассказывала, что его отец в конце жизни очень хотел вернуться в Россию, но понимал, что официально - невозможно. Будучи уже очень больным человеком,  несколько раз  уходил в Россию пешком, но всякий раз его находили и успевали вернуть. Правда, он так и умер при очередной попытке вернуться на Родину.
Петина мама была очень образованная женщина, поддерживала  талантливых людей  своего времени. Помню, что один из романов, как бы не "Камо грядеши" Сенкевич написал как раз в их имении, которое (кстати) было куплено Петиным предком у Миниха.
Имение это у них сохранилось даже после дедушкиного участия в восстании декабристов, но на 300 летие  династии Романовых, Николай II злопамятно не подал руки князю Юшневскому на собрании Киеского дворянства.
Что-то вдруг вспомнилось...
С уважением,
Ольга


И еще Ольга прислала рассказ из газеты "ПРИДНЕСТРОВЬЕ"

ПРАВНУК ДЕКАБРИСТА


Шифровка из 17-й воздушной армии была неожиданной. В ней указывалось:
"Обеспечить явку на 22 октября (1945г ), к 11.00 лейтенанта Носова и ст. сержанта Челышева". С какой целью — неизвестно.
До солнечного блеска начищали латунные пуговицы, придирчиво осматривали сапоги, подшивали на китель из куска бинта свежие подворотнички.


Летим транспортным самолетом "ЛИ-2" с десятком таких же, как мы, из других дивизий, неизвестно куда и зачем.
Вскоре стало ясно: маршрут — на запад, к Загребу. Места не наши, не равнинные, а скалистые горы. И чем дальше летим, тем они выше и выше. Кажется, горы вырастают не из земли, а рождаются из тех же молочно-пенистых облаков. Но вот самолет направляется  на посадочную полосу между горами.
Открытая грузовая машина везет нас к благоустроенной казарме. Тут у входа толпятся люди — стройные, чернявые. Все в военной форме югославской армии. Приветствуют, обнимают, угощают сигаретами. Мы узнаем, что Ставка Верховного Главнокомандования приказала генералу А.Н. Витруку из летчиков, штурманов, авиаспециалистов сформировать группу для помощи югославам в создании своей авиации. Летчиков распределили по эскадрильям, а военных специалистов направили в югославские учебные пункты.
И началась для нас непривычная работа, во многом новая — инструкторов югославской армии.
Пилотам приходилось действовать в очень сложных условиях — горная местность была еще не освоена нашими летчиками; хороших карт не было. Командир 288-й дивизии Б.А. Смирнов вспоминал:

"В ясную погоду летчики направлялись к целям "верхом", то есть над вершинами гор. Но погода в большинстве случаев вынуждала их летать к линии фронта ущельями. Такие маршруты летчики называли "воздушными лазами" или "чертовыми воротами". Выстраивались в хвост ведущему самолету, истребители цепочкой летели по оси ущелья, маневрируя на изгибах. Здесь все зависело от ведущего, маневр которого точно повторяли остальные самолеты. Из-за ошибки ведущего при развороте ведомые могли врезаться в каменную стену".

Я возглавлял группу аэрофотограмметристов-дешифровщиков. Местного языка не знал, переводчиков не было. Правда, сербы понимали все, да и некоторые сносно говорили по-русски. Аппараты для воздушного фотографирования были не наши, более современные — широкопленочные, американские, к которым мы еще не привыкли. Мне особенно было трудно с несовершенными топографическими картами, чтоб прокладывать маршруты для разведки с воздушным фотографированием. Кое в чем на помощь пришли техники, инженеры — тоже югославы.
С одним я познакомился поближе…
Это был правнук декабриста Юшневского, инженер из портового городка Риеки на Адриатическом побережье.
Петр Александрович приехал к нам разобраться в аппаратуре. Среднего роста, худощавый, лет сорока-сорока пяти, он отличался от офицеров-югославов. С виду совершенно русский человек, только загорелый на южном солнце. Петр Александрович быстро сошелся с нами. В свободное время показывал достопримечательности: возил в Албанию, в Грецию. Я брал с собой фотоаппарат "Кодак" — широкоугольник, фотографировал то, что было интересно, что примечал глаз. Особенно пейзажи, которые были для нас куда эффектнее, чем степной Дон, Южная Украина, Румыния, которые только что прошли с боями и углубились в Югославию. Ущелья уходили вниз на сотни метров к петлявшим ручьям, бурлящим рекам. А сколько тоннелей в скалах! Помню один, на юго-востоке от Скопле, тянулся под скалами не менее двадцати километров. Мне даже удалось сфотографировать выползающий из него товарный состав с дымящим паровозом! Эти снимки храню у себя до сих пор…
Через неделю мы отбыли из Загреба по своим аэродромам.
…А теперь, когда вспоминаю о том далеком времени, словно за дымкой в тумане вырисовываются и встреча с югославскими летчиками, беседы с Петром Александровичем Юшневским, правнуком знаменитого декабриста.
Я не знал тогда, что случайная встреча с ним продолжится в сегодняшний день, положит начало моим литературно-историческим поискам уже в Кишиневе и Тирасполе. Дело в том, что прадед инженера из Риеки, Алексей Петрович Юшневский, был тесным образом связан с нашим краем: он устраивал задунайских переселенцев в Молдавии еще перед восстанием декабристов.
Б. ЧЕЛЫШЕВ,
доцент ПГУ.
/29.04.2006/


L3HOME       Кадеты       А.Г. Лермонтов      
lll@srd.sinp.msu.ru
     last update: 3.01.1013